Опрос


ТЕМЫ

Последние комментарии

КУРСЫ ВАЛЮТ

След в истории

Для того чтобы жили все мы…

Версия для печатиВерсия для печатиОтправить на e-mailОтправить на e-mail
Автор: 
Георгий ОБЖИГАЛОВ.

Исполняется 75 лет подвигу, совершенному на территории Могилевской области в первые дни Великой Отечественной войны. Подвиг практически беспримерный, равных которому мало не только в истории ВОВ, но и во всей мировой истории, перед которым, на мой взгляд, меркнет легендарный героизм 300 спартанцев. Между тем подвиг этот до сих пор недооценен и сравнительно малоизвестен.

Теперь по сути
Жаркий июль 1941 года. Первый эшелон советских войск Западного фронта в Белоруссии практически перестал существовать. Под молниеносными разрезающими ударами танковых групп Гудериана и Готта попали в окружение войска 3-й, 10-й, 4-й и частично 13-й советских армий. Успешно продвигается наступление фашистов на Украине и в Прибалтике. Гитлер в это время уже полностью уверен в скором победном завершении войны. Осталось только разгромить на берегах Днепра спешно выдвигаемые войска второго эшелона – и путь на Москву через Смоленск открыт, можно заказывать билеты на праздничные банкеты. И действительно, танковые дивизии Гудериана 10–11 июля форсируют Днепр и, обтекая Могилев, устремляются совместно с дивизиями Готта на Смоленск. К 16 июля 29-я моторизованная дивизия вермахта уже начала бои за Смоленск.

Все? Нет!
Неприступной крепостью стоит Могилев – «белорусский Мадрид», да и до Смоленска дотянулась только одна «клешня». Но если быстро подтянутся остальные?
К 17 июля четко обозначилась вторая «клешня» Гудериана – 4-я танковая дивизия приближается к Сожу в районе Кричева, угрожая с юга подойти к Смоленску, окружить и с большой долей вероятности уничтожить там последние советские войска второго эшелона.


Чернышев Петр Николаевич.

Но…
Сводка потерь вермахта за 17 июля под Кричевом свидетельствует: потеряно 11 танков, 7 бронетранспортеров и 57 солдат 4-й танковой дивизии Лангермана и продвижение внезапно приостановлено. Ну что же, возможно, такие потери фашистам нанесли войска целой дивизии или, в крайнем случае, полка? Нет, дорогой читатель, это практически дело рук одного человека, и, возможно, поэтому он нигде не упоминается в послевоенных мемуарах советских маршалов и генералов.
Возможно, и мы с тобою, читатель, ничего до сих пор об этом не знали бы, если бы не дело Его величества случая.
Летом 1942 года на полях сражений в Тульской области был убит обер-лейтенант 4-й танковой дивизии вермахта Фридрих Хенфельд. У него был обнаружен личный дневник. За 17 июля 1941-го читаем: «Сокольничи, близ Кричева. Вечером хоронили неизвестного русского солдата. Он один стоял у пушки, долго расстреливал колонну танков и пехоту, так и погиб. Все удивлялись его храбрости. Непонятно, почему он так сопротивлялся, все равно был обречен. Полковник перед могилой говорил, что если бы все солдаты фюрера дрались, как этот русский, то завоевали бы весь мир. Три раза стреляли залпами из винтовок. Все-таки он русский, нужно ли такое преклонение?».
На похоронах были и жители деревни Сокольничи, благодаря воспоминаниям которых впоследствии по крупицам были восстановлены подробности боя и точно установлен его герой – боец 55-го полка 6-й стрелковой дивизии старший сержант Сиротинин Николай Владимирович – старший наводчик орудия.

Кто же он?
Из призывной карточки военкомата г. Орла, 1940 г.: «Сиротинин Николай Владимирович, 1921 г.р., работник завода «Текмаш». Рост 164 см, вес 53 кг». Читатель, вдумайся! Вот кто практически в одиночку (командир-напарник, получив ранение, ушел с позиции) в течение более двух часов расстреливал из пушки всю головную танковую колонну дивизии Лангермана, продвигавшуюся по мосту через речушку Добрысть к Кричеву и реке Сож, где в спешном порядке закреплялись бойцы нашей 6-й стрелковой дивизии. Не будем останавливаться на подробностях боя – об этом можно посмотреть фильм «Один в поле воин. Подвиг 41-го». Вкратце это выглядело так. Утром 17 июля, скорее всего, ничего плохого не ожидающая, горлопанящая под веселые мелодии губных гармошек бронетанковая немецкая колонна двигалась на восток. Тщедушно выглядевший молодой паренек с острым зрением и крепкими руками из хорошо замаскированной на высотках колосящегося поля пушки подбивает на мосту головной танк и следом – последний обзорный в колонне. Далее под градом пуль, осколков мин и шрапнели Николай метко бьет и бьет из своей пушки по находящимся в заторе фашистским бронемашинам и пехоте. К третьему часу боя его, уже раненого, обходят вражеские мотоциклисты-автоматчики. Не сдавшись, Николай отстреливается из карабина и погибает от автоматной очереди в упор. Но время выиграно благодаря его стойкости. Рубеж реки Сож у Кричева так и не пройден немецкими танкистами с ходу, и удерживался он нашими войсками еще в течение месяца. Благодаря этому, а также героической обороне Могилева длительное время держался Смоленск, дал первые трещины план молниеносной войны, т.н. блицкриг, и появились первые проблески нашей Великой Победы. Во имя этой Победы отдал свою жизнь орловский паренек Николай Сиротинин, погибший на Могилевщине, для которого, вероятно, земли за Сожем в тот день уже не было.


Гундилович Павел Михайлович.

Кстати
В то же самое время героической обороной Смоленска руководил наш земляк, уроженец г.Могилева, командир 152-й дивизии полковник (впоследствии – генерал) Чернышев Петр Николаевич, получивший тяжелое ранение в этих боях. Примечательно, что затем, в ноябре 41-го, Чернышев командует одной из самых стойких на московском направлении дивизий – 18-й Московской дивизией народного ополчения 16-й армии. Вместе с соседней 316-й панфиловской его дивизия окончательно остановила в декабре фашистов на подступах к Москве. Интересно, что самой стойкой 4-й ротой панфиловцев (той самой, в которой был политруком Василий Клочков) командовал также белорус, уроженец Минской губернии Гундилович Павел Михайлович (погиб в апреле 1942-го в Подмосковье).
Солдат, офицер и генерал – русский на полях Могилевщины, белорусы на полях Смоленщины и Подмосковья – все трое они символизируют нашу общую боль и тяжесть боев 1941-го, а главное – они приближали и обеспечивали нашу общую Победу.

И еще
Есть несправедливости войны, о которых нам известно, но которые тем не менее так и не устранены до сих пор, и о чем, я глубоко убежден, нельзя молчать и с чем нельзя примиряться. За годы войны многие тысячи бойцов удостоены званий Героев Советского Союза. Среди них нет ни Николая Сиротинина, ни Павла Гундиловича, хотя оба были представлены к званию. По формальным бюрократическим поводам не получил Героя Николай Сиротинин, только орденом Ленина был посмертно награжден Гундилович.
Уже нет Советского Союза, да и не за награды стояли насмерть герои. Но есть Республика Беларусь, есть Российская Федерация, есть наша общая память. И ради нее и для восстановления справедливости должны быть преодолены бюрократические препоны, и Николай Сиротинин должен стать официально Героем России и Беларуси. Я думаю, он этого заслуживает. Он отдал свою жизнь на Могилевщине для того, чтобы жили все мы.