Опрос


ТЕМЫ

Последние комментарии

нового поколения со встроенной онлайн записью
eserviabeauty.com
Скачать игровые автоматы
imperator.casino

Персона

«Врач — не ширпотребовская профессия»

Версия для печатиВерсия для печатиОтправить на e-mailОтправить на e-mail


Заведующий эндоскопическим отделением Могилевской областной больницы Владимир Борозна — человек, известный не только в городе и области. Более 35 лет назад он стоял у истоков белорусской эндоскопии, имеет огромное количество внедренных рационализаторских предложений, изобретений и методик, повлиявших на прогресс этой отрасли медицины. 14 октября Владимиру Григорьевичу исполняется 60 лет.

Владимир БОРОЗНА:

«Врач —
не ширпотребовская профессия»

Накануне этой даты мы встретились с именинником, чтобы поговорить о прошлом, настоящем и будущем. И первый вопрос, конечно, был о родителях.
— Моя сознательная жизнь во многом определена моим отцом Григорием Никифоровичем. Во время войны он был командиром большого партизанского отряда в Осиповичском районе. И так получилось, что фашисты фактически уничтожили весь наш род. Жителей родной деревни отца Брицаловичи загнали в сарай и заживо сожгли. Там теперь есть большой мемориальный комплекс, и в одной братской могиле похоронено более 140 моих родственников. Уцелели только отец, его мать и родной брат, который был в действующей Красной Армии. Так что фамилия Борозна очень редкая.
Отец слыл человеком строгих правил, но я бы не сказал, что суровым. Нас было трое братьев, я — средний. И не помню, чтобы он кого-то из нас наказывал. Скорее — брал своим громаднейшим авторитетом, служил примером по отношению к жизни, матери, окружающим, сотрудникам по работе. Помню, после одной довольно сложной жизненной ситуации он мне сказал: «По жизни никогда не надо быть до конца категоричным». Как видите, эти слова я запомнил навсегда.
— В Осиповичах есть улица, названная именем вашего отца. Но и ваша мама Зинаида Петровна также была известным человеком.
— В самом деле. Мама — единственная женщина в Осиповичском районе, награжденная орденом Славы. И отец, как рассказывали, во многом именно благодаря матери остался жив. Ведь он был серьезно ранен...
Кстати, это заслуга отца, что я стал врачом. Из-за военного ранения ему шинировали руку костями. Но у нас всегда во дворе дома стоял турник, и папа крутил солнце. Он был очень благодарен медикам и всегда хотел, чтобы я был врачом и работал именно в Могилевской области.
— Почему непременно здесь?
— Он об этом никогда не говорил, но, как я думаю, все же чувствовал свою вину за безвинно сожженных сельчан. Мне кажется, у него эта боль была всегда, какая-то внутренняя обязанность перед теми людьми за их судьбу.
— Альтернативы, кроме как стать врачом, у вас не было?
— Альтернатива есть всегда, и я чуть не оказался в Минске в радиотехническом институте. В школе мы получали на базе военного предприятия профобразование по радиоэлектронике. Тогда, в самом начале 1960-х, я увидел то, что появилось на гражданке через 5-6 лет: микросхемы, микрофон связи космонавтов...
Школу закончил с дипломом первой степени по физике. А когда выиграл республиканскую олимпиаду по физике и техническому творчеству, нас, троих мальчишек, принял министр среднего и высшего образования БССР Киселев. Он сказал: «Мы ждем вас в РТИ». Это означало, что студенческое будущее нам обеспечено, но я поехал в Витебск, чтобы сдать экзамены в мединститут. И вышло так, что поступил, подумал — и предпочел профессию медика.
— Интересно, что в конечном итоге эти два ваших интереса — техника и медицина — все же переплелись в нынешней специальности.
— Да, и это мне очень помогает, ведь эндоскопическое оборудование весьма сложное. Нутро техники я понимаю прекрасно. Что-то могу починить. Кстати, и персонал в наше отделение подбирался такой, чтобы досконально знал технику, электронику. Тут не нужны наездники. Нельзя работать на оборудовании, когда глубоко не понимаешь его устройство, возможности, перспективы модернизации, развития.
— Я заметил, что среди персонала не так много женщин-врачей, как в других отделениях.
— Женщина-врач у меня вызывает огромное восхищение, тем более — женщина-хирург. Но нагружать ее еще сложной технической информацией... Это неправильно. У женщины все-таки есть более важное предназначение.
— Объясните мне, как чайнику, что вообще такое эндоскопия?
— «Эндо» с греческого — внутрь, «скопия» — смотрю. То есть смотреть внутрь. Что мы можем? Осмотреть изнутри желудок, пищевод, кишечник, легкие... Раньше больной глотал барий, похожее на сметану вещество. Оно обволакивало желудок, и мы по его контурам с помощью рентгеновского облучения судили об изменениях в организме человека. А когда начали вводить зонд, смогли рассмотреть глазом. Первое эндоскопическое исследование в Могилеве я провел в августе 1971 года.
Но изначально эндоскопия развивалась как наука, которая отвечала на вопрос: есть у больного рак или нет? И получалось, что мы видели у больного рак меньше, чем спичечная головка, а хирургу это не удавалось, как говорят, пощупать руками, и он психологически не мог резать. Теперь такие рассказы у хирургов вызывают смех.
— Но сейчас-то вы не только просто смотрите и ставите диагнозы.
— Позже появилась возможность взять морфологию для исследования и посмотреть ее под микроскопом. Затем мы пошли дальше и уже могли сказать хирургу, что есть язва с кровотечением, где именно оперировать. Получили возможность взять биопсию и доказать, что у человека ранний рак.
— По сути, вы начали делать операции без скальпеля?
— Да. Например, оказалось, что эндоскопически можно остановить кровотечение в желудке. В одних случаях это позволяло быстро вернуть пациента к нормальной жизни. В других — подготовить к операции, сведя до нуля ее риск из-за большой потери крови. Без разрезания желудка можем удалить из него доброкачественную опухоль. Человек выписывается из больницы на третий день, а главное — не становится инвалидом. Эндоскопия сделала огромный прорыв в лечении людей с желчнокаменной болезнью.
Мы подвели лазерное излучение и этим решили этап заживления язвин. И снова увеличилось количество больных, которые могут избежать операции. Так мы пробуем работать последние полтора года, а после нового года поставим лазерную методику на поток.
— Мне рассказывали, что вы создавали эндоскопическое отделение в Могилеве с нуля.
— Помню, первые в Союзе компьютерные программы по эндоскопии мы разрабатывали вместе с кафедрой АСУ тогдашнего Могилевского машиностроительного института. Готовили ка-дры не толь- ко себе, но и Витебску, Смоленску, Брянску...
Сейчас эндоскопия есть в каждом районе. Кстати, в Японии каждый человек в возрасте после 30 лет дважды в год обязательно глотает зонд, проходит эндоскопическое исследование. Без этого просто невозможно получить работу. И, как результат, у них операбельность рака желудка составляет 99,8%. То есть, от этой болезни японцы не умирают.
— Расскажите, пожалуйста, о вашей семье.
— Моя жена Лариса Аркадьевна работает хирургом. Сын назван Григорием в честь деда, живет в Минске. Он категорически заявил: «Я врачом не буду». Причем в последний день перед принятием окончательного решения. Закончил «машинку», трудится в сфере энергетики.
— Что такого в вашей профессии он увидел, решив не продолжать семейную традицию?
— Сказал: «Не хочу жить как вы». Ведь как мы работали? Одну половину месяца меня нет дома, другую — жены. Вот и рос парень, переходящий с рук на руки. Он, конечно, бывал в операционных, смотрел и говорил: «Это не мое».
Но жену взял медика. Как-то мы сидели, разговаривали, и Лариса говорит сыну: «Твоя супруга будет врачом». И потом он, когда познакомился с девушкой Жанной, сказал: «Ты точно такая, как предсказала мать. Будешь моей женой». Так и получилось. Еще у меня есть внучка Яна. Ей 9 октября исполнилось 4 годика. Чуть-чуть недотянула до дня рождения деда.
— Как вам кажется, сегодня профессия медика престижна у современной молодежи?
— У молодежи сейчас много прагматизма, конечно. Но профессия врача — она не ширпотребовская. И очень обидно, когда начинают рассуждать о ее престижности или непрестижности. Здесь все-таки определяющим является не конъюнктура, а сочувствие и сострадание, умение делать добро, ощущение граней, за которые можно или нельзя переходить.
Я уверен, что врач должен уметь высказывать и отстаивать свое мнение, но он не должен рассматривать свою профессию, как стартовую площадку, например, для политической карьеры. И не зря же говорят: «Врачу и попу говори правду». Это опять- таки отличает нашу специальность от других.
И еще одна немаловажная деталь: каждый медик трудится на своем месте. Нельзя определять специалиста по месту его работы. Врачи, которые работают в сельских районах, они, считайте, вообще находятся на переднем крае, на передовой.
— Насколько важны традиции в вашем деле?
— Школа должна быть всегда, так как на пустом месте ничего не вырастет. Судьба выпускника медицинского института, каким и я когда-то был, во многом зависит от той среды, в которую он попадает. Выгребать в нашей профессии в одиночестве трудно.
— При вашей загруженности у вас есть свободное время? В Интернет заглядываете?
— Интернет — это обязательный источник информации. У нас очень много медицинских сайтов, форумов, в мире ежедневно проходят конференции, симпозиумы. Все это непременно надо отслеживать, чтобы быть в курсе.
Специальной литературы приходится читать так много, что на художественную времени практически не остается. К музыке отношусь как к фону, коллекции не собираю. Но безумно люблю романсы, все есенинское... Я не рыбак и не охотник. Добыл как-то одного зайца, но понял, что это не мое. Зато с удовольствием работаю руками. Обожаю возиться с машиной, дома что-то поправить, баню протопить...
— К врачу человек, как правило, идет со своими болезнями, а с ними несет и плохую энергетику. Как снимаете напряжение?
— Вы описываете лишь одну крайнюю точку зрения. А я расскажу о другой. Человеку поставлен страшный диагноз — рак. И мы в качестве последней инстанции проводим исследование и доказываем, что рака нет. Вот вам и положительные эмоции, светлая энергетика. Есть категория больных, которых мы сопровождаем по жизни и наблюдаем положительные изменения в их здоровье. Поверьте, это величайшая радость, когда выиграна борьба за жизнь человека.
У меня не современное отношение к алкоголю: могу с удовольствием выпить красного сухого вина. Но это мелочь. А главное — закладываю у дома фруктовый хороший сад, в котором все подобрано по сортам.
— Что вы посоветуете нашим читателям в деле сохранения здоровья?
— Первое — здоровый образ жизни. Мы здоровьем обязаны своим предкам. Но бывает так, что генетически заложено на пятерых, а не хватает одной жизни. Что делать? Не пренебрегать физическими нагрузками, зарядкой. Это должна быть внутренняя потребность, культ.
Во-вторых, важна «погода в доме». Если она нормальная в семье и на работе, то человеку дарится еще одна треть жизни. Всегда надо беседовать, совместно разбираться в проблемах, искать взаимопонимание, ведь все люди разные, и у каждого свои недостатки.
И, безусловно, важнейший аспект — наше отношение к питанию. Здесь мы грешны и грешна наша промышленность. Вот мы такие стройные, красивые, высокие... Но тут немалую роль имеет изобильное потребление бройлерной продукции. Надо разобраться и в том, какую воду пьем.
— И какую воду вы пьете?
— Из крана, но фильтрованную. Сдал воду на анализ, увидел, что там лишнее, поставил определенную систему картриджей и решил проблему научным путем.
Лучше кушать натуральную пищу. Любишь мясо — купи его и сам приготовь. В Китае в магазинах и ресторанах нет холодильников, кроме как для охлаждения напитков. Мясо завозится в живом виде. А взять Америку, там есть куры, которые и 50 лет назад заморожены. Это, конечно, не мамонт, но не то, что нужно человеку для здоровья. Как нет лучше сока, чем из только что выжатых фруктов. Это очень большая проблема — добавки, консерванты, красители.
Культура питания — довольно существенный аспект к сохранению нашего здоровья. Лет 20 назад больных с панкреатитом (заболевание поджелудочной железы) были единицы. Сейчас —масса. Это связано с неправильным питанием и чрезмерной спиртовой нагрузкой. Когда такое было, чтобы водку было проще купить, чем закуску?
Поэтому я хочу пожелать всем людям правильно сотрудничать с нашей экосистемой и сохранять свое здоровье как можно дольше.
Беседовал
Андрей СКОРОБОГАТОВ.