Опрос


ТЕМЫ

Последние комментарии

lovefarma.com

Общество

Кто виноват и что делать?

Версия для печатиВерсия для печатиОтправить на e-mailОтправить на e-mail
Автор: 
Виктор КУБЕКА.


Подоплека одного конфликта
Честно признаться, пообщавшись в Костюковичах со многими людьми, в определенной степени осведомленными о «конфронтации» руководителя района с одним из председателей сельхозкооператива, мне так и не удалось выяснить каких-то иных ее причин, кроме производственных. А все эти намеки о якобы «червонном интересе» одного по отношению к другому, промелькнувшие в «нашенивинных» публикациях и материалах иных, охочих до поджаристых фактов сайтов и изданий, как говорят, выеденного яйца не стоят, поскольку доказательности в них — как силы у навозного жука: жужжания много, вони — тоже, только и всего. Хотя цели, которые ими преследовались, в определенной степени достигнуты: обмазать грязью человека, а потом пусть отмывается. Хотя и грязью-то мазали, что называется, чужой, большей частью к КСПК «Колхоз «Парижская коммуна» не относящейся, а «собирали» со всего района. Но обо всем по порядку.

Не с желанием удовлетворить свои амбиции с должности главного ветеринарного врача пришел председателем в «Парижскую коммуну» Дмитрий Малашенко. Как часто у нас бывает, сказали «надо!» — и сменил поле деятельности. К новой работе отнесся со всей ответственностью. Заключаю это из слов бывшего главного бухгалтера хозяйства Евгении Потапенко, ныне работающей на другом сельхозпредприятии. Женщина, могут возразить, из числа «обиженных», поскольку вынуждена была сменить место работы. Правда, сама она таковой себя не считает, а ссылаться на ею сказанное позволю себе, поскольку и «защитники» противоборствующей стороны это себе позволяли. Так вот, Евгения Ивановна поведала, что в бытность нынешнего руководителя района в «Парижской коммуне» не только производственные показатели, как говорят, плясали, а и люди ощущали к себе внимательное и уважительное отношение. Для доярок, которым приходилось обслуживать коров на отдаленных фермах, приобрели специально автобус, на нем и вози-ли на работу, невзирая на раннее или позднее время. Тогда и годовые надои получали веские — под 5 тысяч килограммов от коровы. И зарплаты были высокие, подчас больше, чем у главных специалистов.

По принципу необходимости стал Малашенко и руководителем сельхозотрасли района. Поскольку о его организаторских способностях свидетельствовали показатели возглавляемого им СПК.

Теперь о «явлении» Черкасова. Молодой на то время тридцатилетний человек, имеющий за плечами два высших образования (юридическое и сельскохозяйственное), уже много где побывал и многое повидал в жизни. Но, что характерно, ни на одном месте больше года не задерживался. Лишь в должности директора совхоза на Витебщине проработал года три, но за это время шуму наделал столько, что и на три десятка лет хватило бы. Были у Александра Черкасова, мягко говоря, и нелады с законом. Однако, предлагая его кандидатуру в руководство «Парижской коммуны», Малашенко считал, что остепенится двоюродный братец (они в родстве). Да и под присмотром будет. В районе уже успел поработать хоть и не на первых, но значимых сельскохозяйственных должностях, в соседних Климовичах даже подиректорствовал в ОАО «Малышковичи». А женившись, переехал в Костюковичи. Поэтому и закрыл глаза на некоторые прежние «коники» родственника.

Наверное, это обстоятельство и стало первой ошибкой. Знания по экономике и управлению предприятием, полученные в БГСХА, Александр Черкасов начал на практике применять как-то по-своему. Зато осведомленность в юриспруденции, когда дело касалось его личных интересов, «расцвела» пышным цветом. А тут еще родственник целый район возглавил. Лучшего прикрытия самовольству и придумать трудно, думал новоиспеченный председатель. Все сойдет с рук. Поэтому первоначально даже на замечания начальства реагировать перестал, все предпочитал делать на свой копыл. Это и стало отправной точкой созревавшей конфликтной ситуации.

Спустя некоторое время вынуждены были доярки из автобуса пересесть на собственные велосипеды, чтобы не бить ноги на долгом пути. Упала и дисциплина, и надои, и привесы скота на откорме.

Чтобы это утверждение не осталось голословным, приведу статистику, предоставленную райсельхозуправлением. Начиная с 2013 года (Черкасов стал председателем с июня) каждая корова в минувшем году «недодала» 1136 килограммов молока, или практически снизила продуктивность на четверть. Естественно, пошли вниз и показатели валового производства, реализации молока государству. Тот, кто имеет представление о животноводстве, сразу оценит «доказательства» защитников нынешнего председателя колхоза, утверждающих, что кормов в хозяйстве столько, что их обменивают на бычков, а не «дарят» страдающим от бескормицы. Тогда почему же и среднесуточные привесы на откорме в сравнении с показателями первого квартала минувшего года нынче упали на 274 грамма?! От обилия кормов?

Возвращаясь к теме «обиженных», стоит напомнить, что Александр Черкасов менее чем за три года «расстался» с девятью главными и просто специалистами. И теперь в «Парижской коммуне» не хватает зоотехника, ветврача, агронома. Между тем все, кто ушел из колхоза, нашли работу в других хозяйствах и на предприятиях, о них как о профессионалах отзываются здесь с похвалой.

— Сейчас Черкасов в феодальном самодурстве обвиняет председателя райисполкома, — рассказал еще один «обиженный», зоотехник с почти двадцатилетним стажем Владимир Савицкий. — На это могу ответить народной поговоркой, что в чужом глазу и соринка заметна, а в своем — и бревна не усмотреть. Года два пришлось терпеть и его единоличные, чаще неграмотные решения, хотя высшее аграрное образование он получил лишь шесть лет назад. А потом терпения не хватило: советов не слушает, замечаний не приемлет.

Чтобы не пустозвонить, опять обратимся к фактам.

Известно, что одно из основных направлений в животноводстве нынче — наращивание поголовья скота. Не просто для численности, а для увеличения объемов производства молока и мяса. Так вот, в «Парижской коммуне» только за первый квартал нынче пустили под нож 285 животных. А государству сдавали с откорма маловесный скот, в среднем по 320 килограммов, на чем потеряли более полумиллиарда рублей денег. И это все по единоличному решению «демократа» Черкасова.

Встречаясь с журналистами, организовавшими его защиту от «феодала» Малашенко (с вашим корреспондентом он не пожелал встретиться, хотя лично мы не знакомы, поэтому о предвзятости речи вести не приходится), руководитель СПК, можно сказать, «заложил» им множество своих коллег, возглавляющих и возглавлявших другие хозяйства в районе. Пожаловался и на низкую собственную зарплату без премий, которые «урезает» райисполком, и на недодачу «Парижской коммуне» горюче-смазочных материалов на нынешнюю весеннюю посевную. Посмотрим, как же выглядят эти «обиды» Черкасова в свете тех же фактов.

За предыдущие два года, согласно контракту, где оговорены условия премирования и депремирования руководителей хозяйств, он за различные производственные прегрешения лишался премиальных надбавок к базисной ставке одиннадцать раз. Однако не получал премий только пять. Найдя юридическое разногласие между контрактом и уставом СПК, использовал право правления своим решением увеличивать себе зарплату. И поэтому в некоторые месяцы она у Черкасова доходила до 29 миллионов рублей. Не в этом ли причина смены такого количества специалистов в хозяйстве? Свои ставленники не возразят против того, чтобы незаконно поощрить благодетеля.

Пустышкой на деле оказывается и «зажим» колхоза по топливу. В справке того же районного управления сельского хозяйства и продовольствия значится, что «Парижской коммуне» выделялось на приобретение ГСМ более 1,2 миллиарда рублей кредитных средств. Но воспользоваться СПК ими не смог, поскольку числится в задолжниках по другим кредитам, за что винить, кроме себя, некого. Тогда в срочном порядке колхозу выделяется 55,8 тонны дизтоплива из государственного материального резерва. Еще 8,7 тонны закупили за деньги из областного бюджета. Все горючее получено. По расчетам для выполнения всего объема весенне-полевых работ требуется 61,1 тонны. Но неделю назад, когда все уже давно забыли о посевной, «коммунары» еще только начинали засевать 720-гектарный кукурузный клин. Не все закончили и с другими культурами. Вот такое «радение» за колхозные дела проявляет его руководитель.

А «беззащитный и гонимый» Черкасов пока продолжает руководить КСПК «Колхоз «Парижская коммуна», мало обращая внимания на увещевания, «угрозы» и прочие меры воздействия районного руководства. И при этом хочет, чтобы его гладили по головке. Хотя за вырезанный скот, снижение производства молока, беспорядки в хозяйстве, может, в большей мере придется отвечать руководителю района, поскольку он ответственен за все. А что беспорядков в колхозе уйма, убедиться несложно, достаточно побывать не на том комплексе, который фотографировали черкасовские радетели, а на любой иной ферме. Побывать и ответить на вопрос: кто же феодал?