Опрос


ТЕМЫ

Последние комментарии

Общество

Профессия – читать чужие письма

Версия для печатиВерсия для печатиОтправить на e-mailОтправить на e-mail
Автор: 
Мария ХЛЫСТОВА.

Каждый день в могилевскую тюрьму №4 и оттуда на волю летит около сотни писем. Прежде чем попасть к адресату, они обязательно лягут на стол цензора. За 20 лет работы в должности инспектора по проверке и доставке писем майор внутренней службы в отставке Татьяна Жардецкая прочитала тысячи писем: радостных и облитых горькими слезами, размером в одну страничку и целую школьную тетрадь…

Поначалу от прочтения чужих жизненных событий инспектор испытывала неловкость, будто подглядывала за кем-то. Но потом сама себе дала установку: «Это моя работа, и я буду ее делать хорошо, несмотря на внутренний протест». Со временем чувство неловкости прошло. Да и от заключенных ведь работу цензора никто не скрывает…

Невольный участник людских судеб
С 2003 года находящимся в тюрьме людям разрешено отправлять и получать неограниченное количество писем независимо от тяжести статьи и срока заключения. Письма приходят со всего мира, их шлют родители, родственники, друзья. Послание от влюбленной женщины можно узнать даже не раскрывая конверта – очень часто оно благоухает духами. В среднем через цензора проходит три тысячи писем в месяц, в праздничные дни, особенно под Новый год и на 8 Марта, их количество увеличивается почти в два раза.
– Я всегда переживала вместе с автором письма, причем как с той, так и с этой стороны забора. Ведь перед моими глазами проходила жизнь человека на протяжении трех, пяти, десяти лет, и я становилась невольным участником множества судеб, – говорит Татьяна Филипповна. – Тяжело читать те письма, в которых заключенному сообщают о тяжелой болезни близких или об их смерти. Помню, как молодому мужчине рассказали в письме, что его подруга разбилась в автокатастрофе. Я читала ее письма, видела фотографии, знала, какие трогательные между ними были отношения… Такие письма отдает лично психолог.
Поднимают настроение детские письма, они практически всегда очень радостные. Детки присылают родителям картинки, загадывают загадки, сочиняют стихотворения, мастерят из бумаги поделки. К Новому году в каждом письме лежат праздничные снежинки…

Марки – можно, фантики – нельзя
Конечно, в письмах порой встречаются запрещенные вложения, особенно в заказных – обычно это сигареты или шоколад. Такое письмо подлежит возврату. Почтовые марки, к примеру, относятся к разрешенным вложениям (и сегодня, кстати, среди заключенных встречаются азартные филателисты). А вот безобидные фантики уже подлежат обратной отправке.
В письме не должна встречаться ненормативная лексика, в противном случае оно будет изъято, о чем заключенный получает письменное уведомление.
Не положено высылать заключенным деньги, но если уж они пришли, то их зачислят на лицевой счет адресата. Арестантам запрещена переписка с товарищами по несчастью из других тюрем и колоний, если они не являются близкими родственниками. Но запреты время от времени нарушаются: такую корреспонденцию завуалированно пересылают через родственников. Здесь помогает опыт работы – цензор, как говорится, нутром чует, кто автор письма, человек «вольный» или из мест лишения свободы.

Мама ни в чем не откажет
Безусловно, все заключенные пишут своим мамам, и эти письма, как правило, всегда очень теплые. Удивительно, но мужчины отправляют гораздо больше писем, чем женщины.
– Заключенные знают, что мать – это тот человек, который будет ждать их всю его жизнь, и не важно, какое преступление они совершили. Не бывает такого, чтобы мать в чем-то отказала своему ребенку, и не имеет значение, сколько ему лет – двадцать или пятьдесят. Она лекарство себе не купит, но вышлет то, что просит сын. Душевную боль вызывает, когда старушка-пенсионерка буквально всю пенсию тратит на передачи – запросы у некоторых поступают не на один миллион рублей, – рассказывает Татьяна Филипповна. Обычно сыновья просят выслать сигареты, сахар, чай, печенье, карамель, но порой захотят таких экзотических фруктов, которых и мама никогда не пробовала…

Жених четырех невест
Через родителей и родственников многие заключенные просят поместить объявление о знакомстве, и начинают переписку с женщинами. А писать, отмечает Татьяна Жардецкая, многие умеют очень проникновенно:
– Вот, к примеру, читаю письмо от осужденного к девушке. И в любви ей признается, и сны о ней видит. Через несколько дней смотрю – отправляет еще одно письмо с таким же текстом, но уже другой «любимой». И так еще дважды другим девушкам с клятвами и заверениями, что она для него единственная. И девушки верят, открывают ему свою душу. Такие письма, признаюсь, меня огорчают и возмущают. Я считаю, что это не по-мужски.
Есть и очень серьезные ребята, которые переписываются только с одной девушкой, отмечает Татьяна Филипповна. Бывало, что такие переписки заканчивались свадьбами, но это единичные случаи.

«Без оцветстувеный парин»
Многие заключенные занимаются самообразованием. И если лет 10 назад была волна серьезного увлечения экономикой (некоторым даже профильные англоязычные журналы и газеты присылали), то в последние несколько лет популярны книги по психологии.
Встречаются и безграмотные письма, где в слове бывает больше ошибок, чем букв. Татьяна Жардецкая даже специальную тетрадку завела для наиболее понравившихся слов. Их в коллекции около полутысячи: не совершено летних, небецтвую, парин, без оцветстувеный, льюблью, туальет, машина марки «Морсидес», у нас в городе сейчас очень много «нейлоновых вывесок»…
Мария Хлыстова.